15 июня суд Кемеровской области оштрафовал на 10 тысяч рублей пенсионера и профсоюзного активиста Олега Тырышкина. На него завели дело о возбуждении ненависти (ч. 1 ст. 20.3.1 КоАП) из-за комментариев о сотрудниках ФСБ. Во время задержания мужчину избили. За последние три месяца его дважды штрафовали за фотографию Владимира Путина в нацистской форме. А в мае Тырышкин стал фигурантом уголовного дела по статье об оправдании терроризма.

ОБ ЭТОМ НИКТО НЕ УЗНАЕТ

Если об этом никто не напишет. Подпишитесь на регулярные пожертвования ОВД‑Инфо, чтобы плохие дела не оставались в тишине.

Поддержать →

English version

В начале июня [2023 года] мне позвонили из прокуратуры, попросили прийти к ним. Сказали, что на меня заведено административное дело о возбуждении ненависти (ч. 1 ст. 20.3.1 КоАП) из-за комментариев во «ВКонтакте» (в лоялистской группе «Мы за Путина!» под постом «Про Херсон в 6 пунктах» — ОВД-Инфо), где я высказывался о роли ФСБ. Назвал сотрудников ведомства «цепными псами» и как-то еще их обозвал.

Это уже третье [административное] дело, которое завели против меня. В конце апреля [2023 года] меня оштрафовали на 2 тысячи рублей по статье о демонстрации нацистской символики (ст. 20.3 КоАП) за фотографию Владимира Путина в нацистской форме. Я перепостил к себе на страницу во «ВКонтакте» эту картинку, она была выставлена в одной из оппозиционных групп. К картинке добавил подпись о том, что Путин развалил все в России.

В начале мая [2023 года] меня снова оштрафовали за этот же пост. Тут прикопались уже к подписи. Назначили 30 тысяч рублей штрафа по статье о публичном неуважении к органам государственной власти (ч. 3 ст. 20.1 КоАП).

Тогда же, в мае, в отношении меня возбудили уголовное дело. Поводом послужили комментарии во «ВКонтакте» по поводу смерти главы Чечни Ахмата Кадырова в 2004 году. Под каким-то постом я написал: «Туда ему и дорога». Это посчитали «оправданием терроризма» (ч. 2 ст. 205.2 УК). Сейчас я нахожусь под подпиской о невыезде.

Когда в июне мне позвонили из прокуратуры снова, я подумал: они там одурели, что ли, совсем? Третье административное дело за год, сразу после уголовной статьи. Но все равно пришел к прокурору. Позвонил адвокату. Она сказала, что я вообще не должен был туда ехать. Так как я в тот момент еще и болел и проходил курс лечения в местной больнице, меня не имели права никуда вызывать. Показал помощнику прокурора это сообщение от защитницы.

Он мне в ответ: «Оставайтесь. Суд все-таки состоится». «Тогда до свидания», — ответил я и ушел. Удерживать меня никто не пытался.

Но после этого сотрудники прокуратуры начали ездить то ко мне, то к моей 88-летней матери домой. Искали.

Я старался уходить рано и приходил поздно, поэтому когда они приезжали, никого дома не было. К матери несколько раз стучались. Она не открывала дверь. Стращали ее: сейчас в отношении вашего сына заведем еще одно уголовное дело и посадим.

Она им в ответ: «Я живу одна. Я вам не открою. Кто вы вообще такие? Вы бандиты, террористы и экстремисты».

Недели две сотрудники прокуратуры так по нашим адресам и ездили.

Адвокат мне сказала к ним не ходить и никак с ними не контактировать, поэтому телефон я выключил, чтобы они точно до меня не дозвонились.

Но все-таки спустя две недели меня поймали. Я был в тот момент в огороде, хотел незаметно уйти, но они объехали участок и сказали, что стрелять будут, если попробую убежать.

Их было трое. Прибежали, свалили меня с ног. Раза два ударили по голове и по лицу. После этого волоком затащили в машину. Говорили: «Посадим, и ты вообще никогда уже не выйдешь». Матерились сильно.

Специально такое место выбрали, чтобы меня подловить, где никто их не мог заметить. У нас за огородом все заросло. Там лес начинается, поэтому соседи и не видели, как меня задерживали. Но они если бы и видели, думаю, никак бы не отреагировали. Это люди, которые ничем не интересуются, что происходит в России сейчас, не знают.

Сотрудники прокуратуры сказали, что их сильно разозлило то, что я сам к ним не явился. «Мы что, как пацаны, будем бегать за тобой, что ли?» — возмутились они.

Думаю, без меня они просто не могли провести заседание, потому что наказание по статье о возбуждении ненависти — штраф до 20 тысяч рублей или до 15 суток ареста. В прокуратуре же не понимали, какое наказание в итоге суд выберет.

Сам я знал, что арестовывают по этой статье не часто. Думал, что, скорее всего, дадут штраф. А у меня уже 32 тысячи штрафов. Как их все выплачивать?

Всю дорогу до прокуратуры меня запугивали тем, что «закроют» и я буду долго еще сидеть. Когда мы подъехали, в шутку спросили: «Ну что, сейчас убежишь снова или нет?» А я изначально ведь никуда от них и не убегал.

Посидели немного в прокуратуре. Там меня застращали: «Зачем против России выступаешь, не стыдно тебе?» Потом отвели в суд — это здание напротив, — назначили мне 10 тысяч рублей штрафа.

Олег Тырышкин занимается профсоюзной деятельностью с 90-х годов. В 2019 году, во время протестов медсестер и санитарок Анжеро-Судженска против оптимизации, он стал кузбасским координатором межрегионального профсоюза работников здравоохранения «Действие» / Фото: «Медуза»
Олег Тырышкин занимается профсоюзной деятельностью с 90-х годов. В 2019 году, во время протестов медсестер и санитарок Анжеро-Судженска против оптимизации, он стал кузбасским координатором межрегионального профсоюза работников здравоохранения «Действие» / Фото: «Медуза»

Параллельно на меня начали нападать в телеграм-канале «Кузбасс без цензуры». Админы взбесились после того, как блогер Егоров опубликовал в YouTube видео в мою поддержку. Он в нем полностью разнес полицейских, рассказал мою историю, упомянул даже о том, что я ветеран труда и почетный донор России.

После того, как это видео разошлось в сети, издевательские посты обо мне стали появляться и в других провластных каналах. Меня там, как могли, поливали грязью.

Есть, конечно, и те в интернете, кто разделяет мои политические настроения. Это и активисты, и просто незнакомые люди, которые узнали о деле из СМИ.

Все родственники меня тоже поддерживают. Мама волнуется — она придерживается тех же политических взглядов, считает полицию и ФСБ фашистами.

Я же всегда был за правду. Занимался всю жизнь независимыми профсоюзами — помогал медикам и шахтерам. А сейчас из меня преступника сделали.

Думаю, настучал кто-то. Или меня заметили из-за профсоюзной деятельности, а сейчас повод подвернулся, чтобы привлечь к ответственности. Этого не исключаю, но и с уверенностью утверждать ничего не могу. Профсоюзы — это все-таки социальная деятельность, а судят меня за политические взгляды.

Записала Карина Меркурьева

ОБ ЭТОМ НИКТО НЕ УЗНАЕТ

Если об этом никто не напишет. Мы можем писать новости о политических преследованиях только потому, что тысячи людей поддерживают ОВД-Инфо.Подпишитесь на регулярные пожертвования ОВД-Инфо, чтобы плохие дела не оставались в тишине.

Поддержать →