33 члена Меджлиса в опасности

В принципе это было достаточно обычное апелляционное слушание, хотя и с некоторыми особенностями. С утра у ВС РФ дежурила полиция, мы были в большом зале заседаний, и у тройки судей, которая слушала апелляцию, это было единственное дело сегодня (обычно состав из трех судей слушает десяток апелляций подряд).

Одна из судей долго докладывала дело: какие доводы у прокуратуры, какие мотивы в решении суда Крыма, какие основания и доводы апелляции. Как сторона, подавшая апелляционную жалобу, мы выступали первыми (я и моя коллега по ПЦ «Мемориал» Марина Агальцова), доказывая, что Междлис — орган демократического представительства, а не общественная организация, что иск о признании экстремистским к такому органу предъявлен быть не может, что деятельность не может считаться экстремистской и т. п.

После перерыва выступала прокуратура, зачитав немного из своего письменного отзыва на нашу жалобу и немного из своего исходного иска (в том числе, не принятые судом Крыма доводы, например, события 26 февраля 2014 года).

Наименее по делу выступал Госкомнац Крыма, адвокат которого рассказывал о том, как прекрасно живется крымским татарам сейчас и как плохо было при Украине (а еще построят мечеть, она будет самая большая — на зависть Кадырову, видимо, но это я от себя).

Суд совещался час и вынес только резолютивную часть: решение оставлено без изменения, жалоба без удовлетворения.

Что касается последствий: членство в экстремистской организации — преступление по российскому праву. 33 члена Меджлиса в опасности, а органы «на земле» могут распространить преследование и на членов региональных и местных меджлисов, тогда репрессии могут коснуться сотен.