Нурмагомедов Семед Казимагомедович

Уроженец дагестанского села Куштиль. Работал продавцом на строительном рынке в Одинцово. До ареста обеспечивал семью и заботился о жене и четырех маленьких детях.

7 мая 2014 года Семеда и еще пятерых мусульман из Дагестана задержали на их съемной квартире в подмосковном Одинцово. Их вывели в общий коридор и поставили на колени у стены. Силовики начали обыск без понятых, объяснив свои действия тем, что к ним поступила оперативная информация о том, что жильцы готовят теракт. Из материалов дела следует, что она появилась в тот же день, когда произошло задержание, поэтому не исключено, что рапорт мог быть оформлен задним числом.

8 мая 2014 года Семеда и других жильцов квартиры заключили под стражу. Им предъявили обвинение в подготовке теракта. По версии следствия, они собирались совершить теракт 9 мая 2014 года во время салюта в Одинцово и хранили в квартире взрывное устройство.

По версии следствия, не позднее 26 апреля 2014 года обвиняемые договорились о теракте. Обвинение строилось на показаниях местного таксиста, который якобы видел, как Семед и другой задержанный, Вагид Гусейханов, проверяли работоспособность блока управления автомобильной сигнализацией с брелоком недалеко от администрации Одинцово, «предполагая их возможное использование в качестве элементов электронного механизма для приведения в действие СВУ». Кроме того, следствие утверждало, что в пользу обвинения говорят и данные телефонных звонков Семеда и Вагида, однако телефоны обвиняемых фиксировались в районе администрации в разное время, и из биллинга невозможно сделать вывод, что они находились там вместе и именно в тот момент, о котором говорил свидетель.

В мае 2015 года обвиняемые заявили, что взрывное устройство могли подбросить силовики во время осмотра квартиры. После этого следственные органы начали проверку по статье о превышении должностных полномочий. Почти одновременно соседи обвиняемых по квартире, которые более года отрицали свою вину, признались, что якобы хранили взрывное устройство по их просьбе. Их дело было рассмотрено в особом порядке, и их освободили.

Мотивом преступления, по мнению силовиков, стало недовольство обвиняемых отношением правоохранительных органов и месть за боевиков, убитых силовиками в Дагестане. Обвинение во многом строилось на показаниях секретных свидетелей, которые после ареста находились в одной камере с обвиняемыми и утверждали, что те рассказывали им о планах совершить теракт. Сначала это были лишь общие сведения, однако со временем их показания становились все более подробными и фактически повторяли версию следствия. При этом в ходе экспертиз не было обнаружено биологических следов, связывающих Семеда или его товарищей с найденным взрывным устройством.

При ознакомлении с материалами дела Семеду предоставили только 20 из 27 томов, а его подпись о том, что он получил дело «в полном объеме» была подделана.

10 марта 2016 года Семеда приговорилт к 13 годам колонии строгого режима и 1 году 7 месяцам ограничения свободы. «Мемориал» признал его политзаключенным. Правозащитники считают дело сфальсифицированным и расценивают его как часть кампании по давлению на мусульман.