Статьи
Добрый, злой, смешливый мент: как петербургский Центр «Э» терроризирует и вербует политических активистов
«Помимо экстремистской и политической деятельности, сотрудники правоохранительных органов занимаются еще террористической деятельностью».
«Дереабилитация жертв массовых репрессий»: Разбираем новую инициативу прокуратуры
«Можно таким способом отменить реабилитацию вообще всех, кто пострадал от советского террора».
Призывы к уничтожению оккупантов — «возбуждение ненависти». Преподавателя Бауманки арестовали за пять песен во «ВКонтакте»
Песни, Ледовое побоище и преследование в обход декриминализации.Агент «Телевизор»: Как жил провокатор НКВД, из-за которого репрессировали больше сотни ученых
«Создавая вымышленный Союз русской интеллигенции, я хотел лучше „доить органы“»
Угрозы, записки «по указке» и письмо Кадырову: что случилось со студентом Аланом Мисиковым после спора с лектором о репрессиях
Докладные привели студента в военкомат.
«Церковное подполье». Как живут российские антивоенные священники и кто им помогает
Священники выступают против войны вопреки официальной церкви.
Пикет, психиатрическая больница и эмиграция. История 18-летнего Кирилла Чибисова
«Мы закроем тебя по госизмене».
«Кто там у нас еще кукарекал? Им можете спасибо сказать». Как проходят встречи чиновников с близкими задержанных по «баймакскому делу»
Власть обещает условный срок — за неделю до первого обвинительного приговора.
«Тебе все неймется? Ты нас заебал»: Что известно о деле правозащитника, которого задержали за лого Facebook
А по его версии — за видео с пытками заключенных
«Родина и государство для меня понятия разные». История преподавательницы Натальи Таранушенко — два года доносов, уголовное дело и эмиграция
Пропаганда в школах, неугомонные жалобщики и «патриотическое воспитание».
Бывший контрактник Евгений Бабин записал антивоенный ролик и сжег военный билет. За это его приговорили к шести годам колонии
Армия, борьба за права и антивоенная позиция.
Люди «в костюмах скинхедов» и конная полиция. Как (не) прошел традиционный хиппи-фестиваль в Москве
Конная полиция, перцовый баллон, неонацисты и хиппи.
«За рощу одни уголовники борются». Как жители одного из районов Екатеринбурга пытаются отстоять свой парк
Полицейский в соседском чате и борьба за парки.
В 1983-м марксист из Украины создал в Ленинграде «Гей-Лабораторию». С этого момента власти отсчитывают «движение ЛГБТ» в России
Удивительная история первой в СССР организации, которая боролась за права гомосексуалов.
История правозащитницы из закрытого города, в котором делают плутоний для ядерного оружия: от курсов для беременных до иноагентства и иммиграции
Надежда Кутепова 15 лет боролась за права пострадавших от радиации. А потом ее НКО признали иноагентом.